Королевский двор – это важный социально-политический институт абсолютизма, который начал формироваться в период раннего нового времени конца XVI – начала XVII вв. В первую очередь, функцией двора была консолидация двора вокруг возвеличивающейся особы короля. Пышность, блеск, организованность двора создавали репутацию государства на мировой арене и являлись важным показателем могущества королевства после вооружённых сил.

Двор нового типа начинает складываться при правлении последнего Валуа – Генриха III. После его убийства, новый король Франции, Генрих IV, продолжает традиции королевского двора предшественника и добивается превращения его в реальную политическую силу.

Несмотря на то, что французский двор давно привлекал внимание исполнителей, период нестабильности конца XVI- начала XVII вв., как правило, оставался в стороне (Шишкин В.В. Эволюция французского королевского двора в конце XVI – первой трети XVII в.// Средние века. М., 1997. Вып. 57. С. 137; см. также: Solnon J.-P. La cour de France. P., 1987). Вопрос об эволюции двора раннего нового времени рассматривают с точки зрения его организационной структуры и численности занятых при дворе служащих, подчёркивая, что двор развивался под монаршим влиянием много быстрее, чем дворянство успевало отреагировать на его новую организацию (Boucher J. L'evolution de la maison du roi des derniers Valois aux premiers Bourbons// XVII siecle. Oct/Dec. 1982. № 137. 34-e annee. №4; Schalk E. The court as "civilizer" of the nobility: Noble attitudes and the court in France in the late sixteenth and seventeenth centuries// Princes, patronage, and the nobility: The court at the beginning of the Modern age. C. 1450 – 1650/ Ed. Asch R. and Birke A. Oxoford, 1991). Двор французского короля XVII в. уже называют элитарным социальным институтом, центром политической и культурной жизни страны, венцом централизации государства (Elias N. La societe de cour. P., 1985). Между тем остаётся неосвещённой проблема развития самой придворной жизни при последних Валуа и первых Бурбонах, т.е. прежде всего церемониала и дворцовых учреждений, а также взаимоотношений короны и дворянства на рубеже веков.

По мнению В.В. Шишкина, эволюция королевского двора представляется особо важной составной частью эволюции французского абсолютизма, потому что процесс укрепления королевской власти неизбежно порождал рост политической роли двора, от воли которого зависела обстановка в стране и за её пределами. Королевская власть, лишая дворянство прежних политических привилегий, активно привлекала его ко двору, предоставляя возможность дворцовой, военной и административной службы, что позволяло ей использовать двор как главное средство контроля за вторым сословием, главным источником социальной нестабильности во Франции. Эта функция двора и усиление власти короля над дворянством подверглись серьёзным испытанием во второй половине XVI в., когда развернулись разрушительные гражданские войны, которые были в значительной степени реакцией дворянства на абсолютистские тенденции в политике короны, и отзвуки которых волновали Францию вплоть до "эдикта милости" 1629 г.

Двор Генриха III

Генрих III приложил немало усилий для создания двора, который бы помог уладить внутренние конфликты и противоречия в государстве и одновременно, именно он впервые заложил почву для укрепления идей абсолютизма. Генрих III, к моменту своего воцарения во Франции уже побывавший и умелым военноначальником и получивший первый опыт управления в Польше, великолепно образованный, был хорошо подготовлен к роли монарха. И если бы этот "несчастный принц" по выражению одного современника, родился в другое время, он мог бы быть очень хорошим королём. Эпоха религиозных войн препятствовала укреплению королевской власти, однако, Генрих III сделал всё, чтобы возвысить статус монарха. Он утвердил церемониал и список должностей при дворе, их функции. Он впервые потребовал называть себя "Ваше Величество". И хотя это было высмеяно его политическими противниками (его враги критиковали его за роскошь двора, за политику фаворитизма – дело доходило даже до обсуждения интимных подробностей, за весь церемониал, который они находили слишком театральным), следует признать, что такое называние являлось абсолютистской чертой, осознанием того, что король – нечто большее, чем просто первый из дворян.

Благодаря решительным действиям короля по созданию чёткой системы дворцовых служб и новых правил церемониала, определённых королевскими регламентами 1578, 1582 и 1585 гг., Генриху III удалось установить правила придворной жизни, которыми пользовались все последующие короли Франции.

Однако задача объединить короля и дворянства в условиях войн не удалась, и вокруг короны сплотились только преданные дворяне. Двор Генриха III, в некотором смысле, стал для него самоцелью (Шишкин В.В. Указ. соч. С. 140). Однако, именно благодаря соблюдению церемониала при дворе Генриха даже после его побега из восставшего Парижа, Генрих продолжал оставаться королём Франции в глазах своих подданных.

Двор, сильно поредев, оставался верен своему королю вплоть до его трагической смерти в Сен-Клу. Перед смертью, Генрих III завещал своим подданным признать новым королём своего зятя Генриха Наваррского, чем сохранил преемственность власти.

Двор Генриха IV

Как было показано выше, строгий регламент двора последних Валуа и его новая организация шли вразрез с устоявшимися представлениями дворян об их прежнем поведении при дворе, о том, что король – лишь первый среди них. Многие уезжали в свои замки, вступали в Католическую лигу, бросая придворную королевскую службу, которая ограничивала их независимость и накладывала определённые обязательства. Многие дворяне, сохранившие рыцарско-феодальный дух, отказывались принимать придворную жизнь, всецело подчинённую королю. Они чувствовали себя обиженными королевским церемониалом, который содержал только чёткие, расписанные по часам обязанности членов двора и совершенно игнорировал какие-либо традиционные права придворных. Для гордого французского дворянства дворцовые строгости при полном политическом бессилии Генриха III казались оскорбительной прихотью монарха, который к тому же совсем не напоминал традиционного короля Франции – воина и любителя охоты, доступного любому дворянину. Поэтому резкое, полярное разделение французского дворянства на друзей и врагов короля вполне объяснимо. Второе сословие переживало очевидный моральный и психологический кризис.

Длительные гражданские потрясения расставили иные акценты. Значительно поредевшее дворянство было разорено и устало от постоянных войн. Бывшие придворные с сожалением вспоминали утраченную роскошь, изысканность и высокую культуру прежней династии, придворные празднества и внешнее великолепие двора. Постепенно приходило осознание того, что поступаясь своей независимостью при дворе, подчиняясь правилам его жизни, можно приобрести гораздо большие блага, нежели находясь вдалеке от него.

Поэтому воссоздание двора началось сразу же после вступления Генриха IV в столицу. Уже в июне этого года последовало распоряжение, регламентирующее выплату жалованья служащим королевского дома, а немного раннее вновь был организован отряд из сотни почётных дворян монарха. Приняв католичество, Генрих IV сумел восстановить дворцовую церковь своего предшественника, разыскав принадлежавшую ей утварь, благодаря чему была налажена служба главного раздатчика милостыни Франции – самого влиятельного прелата страны, исполнявшего роль епископа двора.

С другой стороны, Генрих IV должен был привлечь к участию при дворе большое количество дворян. Во-первых, он сохранил штат своего предшественника, его жены – Луизы Лотарингской и даже своей бывшей жены Маргариты Валуа. Во-вторых, он окружал себя преданными лично ему дворянами и военными соратниками (так началось формирование при дворе отдельных королевских рот – гвардейцев, мушкетёров и т.д.).

Всё это приводило к увеличению двора и необходимости создания новой системы организации: появлялись новые должности, сокращалось сезонное распределение (с 4-х до 3-х месяцев), что также позволяло увеличить число придворных. Генрих IV издаёт несколько регламентов (1597, 1599, 1610 гг.), по которым от непосредственной дворцовой службы удалялись старые служащие, те, кто фактически не исполнял свои обязанности по штату, занимая бесполезную должность, а также злостные нарушители запрета на куплю-продажу придворных вакансий. Вместе с тем король оставлял за большинством отстранённых от реальной службы дворян право приезда ко двору и даровал им ряд привилегий. Добровольно отказаться от должности обязаны были прослужившие в доме короля более 20 лет. Правда, они имели право передать свою службу близкому родственнику (сыну или племяннику), что закрепляло складывающуюся традицию наследственных должностей.

Королевские меры заметно уменьшили волну придворных беспорядков в 1600-е гг., упорядочили церемониал и высвободили необходимые двору финансовые средства. Это приводило к разрастанию двора Генриха IV.

Однако не все дворяне желали входить в персонал монарха, который, к тому же, не мог расширяться до бесконечности. Выходом стала организация при дворе королевского военного дома, который начал оформляться уже в ходе гражданских войн. Это позволяло королю иметь при себе постоянный военный контингент.

Таким образом, эволюция королевского двора Франции конца XVI – первой трети XVII в. происходила вместе с укреплением королевской власти. За внешней простотой двора эпохи скрывалась его важная роль социально-политического института Франции. Контроль за ним корона смогла осуществить, только подчинив себе дворянство.